Маршрут нацелен на посещение памятника партизанке Н.Осиненко. По дороге – знакомство с местами, связанными с событиями Великой Отечественной войны.
Протяженность маршрута составляет 58 км: аг.Ситцы - аг.Волколата (памятник землякам, погибшим в годы Великой Отечественной войны; дом-«глинобитка», где в годы войны проживали евреи, расстрелянные в Дуниловичском гетто) - д.Гули Мядельского района - аг.Ситцы.
Вид маршрута - познавательный.
Способ передвижения - на велосипеде.
Осененко Надежда Михайловна – герой партизанского движения в годы Великой Отечественной войны
Осененко Надежда Михайловна (бел. Асяненка Надзея Міхайлаўна) -
руководитель подпольной организации в д. Липники Поставского района, член ВЛКСМ, связная и разведчица партизанской бригады им. К.Е. Ворошилова
Надежда Михайловна родилась в 1918 году, в д. Липники Поставского района Вилейской (современной Витебской) области. В 1939 году после воссоединения Западной Беларуси с БССР принимала участие в становлении советской власти, вступила в комсомол. По её инициативе в деревне была открыта изба-читальня, создана комсомольская агитбригада. Она работала телефонисткой в городе Поставы.
С первых дней оккупации, включилась в борьбу против врага. В июле 1941 года возглавила подпольную комсомольскую организацию из семи человек в д. Липники, которая позднее выросла до 12 человек. На улице Заречная в г. Поставы в подвале дома Глафиры Семеновны Шурпик был установлен радиоприёмник. Сводки Совинформбюро распространялись среди населения города и ближайших деревень. Возле деревень Загатье и Юньки подпольщиками были сожжены мосты, повреждена телефонная связь. По заданию командира партизанского отряда (позже бригады) Ф. Маркова, вместе с Тамарой Ильиничной Осененко посетили работницу офицерской столовой Галину Буковскую и получили важные сведения. Надежда Осененко спрятала записку в косу. Тамара Ильинична отправилась к Клавдии Пукшта, чтобы передать партизанские листовки. На улице Заречной полицейский Шелковский схватил Надежду и доставил в комендатуру. Обыск не принес результатов и он вынужден был ее отпустить.
В начале 1943 года четырнадцать подпольщиков во главе с Надеждой Осененко отправились в лес к партизанам. Надежда стала разведчицей бригады им. К. Е. Ворошилова. Проникнув во вражеский гарнизон г.Поставы, провела большую работу по агитации в войсках врага, в результате чего на сторону партизан перешло более 100 солдат и офицеров. Познакомилась в городе с тремя гитлеровскими офицерами, которых завлекла за город и передала партизанам. В районе д. Большие Ситцы (Докшицкий район) она навела на партизанскую засаду двух немецких лётчиков и приняла участие в их разоружении и доставке в штаб бригады. В гарнизоне г. Поставы установила связь с офицерами из батальона власовцев, которым передала мину. Позднее миной был взорван легковой автомобиль возле немецкого штаба. Погибли два немецких офицера и шофер. Надежда Осененко организовала взрыв городской электростанции.
27 марта 1944 года группа разведчиков (Бородич, Клебан, Лукашевич и Осененко) отправились в район Парафьяново с целью выяснить время прибытия из Парафьяново в Мядель отряда карателей. Возле д. Бояры Слободского сельсовета Мядельского района разведчики попали в засаду. Викентий Демьянович Лукашевич был убит. Матвей Герасимович Клебан был тяжело ранен и, чтобы не попасть в плен, подорвал себя гранатой. После гибели двоих товарищей Н.М. Осененко доставила к ближайшему хутору третьего раненого, Бородича. Приказав хозяину отвезти раненого к партизанам в расположенную рядом д. Гули, сама огнём задержала гитлеровцев. При попытке заскочить на лошадь была ранена в ногу и упала. Она укрылась за углом строения и продолжала вести огонь. Затем ещё одна пуля попала в нее и она потеряла сознание. Фашисты схватили девушку и издевались над ней, а затем добили раненую партизанку.
По представлению командования партизанской бригады имени К.Е. Ворошилова Н.М. Осененко была награждена медалью ”Партизану Отечественной войны“ 1-й степени (21.12.1943).
После войны останки отважной партизанки-разведчицы перезахоронены в братской могиле в г. Мядель.
О героизме Надежды Михайловны помнят в Поставском и Мядельском районах. Именем Н.М.Осененко названа улица в д. Слобода Мядельского района.
В 1969 году в д. Гули Слободского сельсовета Мядельского района воздвигнут обелиск. Её имя носит ГУО ”СШ №2 г.Поставы“. В д.Липники Поставского района была установлена мемориальная доска, а затем обелиск в память о Надежде Осененко.
Волколата — агрогородок в Докшицком районе Витебской области. Входит в состав Волколатского сельского совета. Находится в 22 км на запад от Докшиц и в 219 км на запад от Витебска.
История Волколаты
Впервые упоминается в 1524 г. как часть имения Эльжбеты Богдановны, вдовы Николая Радзивилла. В XVII веке местечко находилось в Ошмянском повете. В 1793 г. в Докшицком уезде, с 1802 г. в Вилейском уезде Российской империи. С 1861 г. здесь находился центр прихода. В 1921-1939 гг. Волколата входила в состав Польши. С 1940 г. — центр сельсовета в Дуниловичском, с 1960 г. — в Глубокском, с 1962 г. — в Поставском районе. С 1966 г. Волколата является частью Докшицкого района.
Достопримечательности Волколаты
Главная достопримечательность Волкалаты — костел Иоанна Крестителя. Этот храм был построен в 1893 г. и имеет очень интересное и запоминающееся внешнее убранство. Стены его облицованы камнем, а рядом с костелом поставлена большая колокольня. Интересно, что с самого момента постройки в конце XIX века костел никогда не закрывали — он действует и по сей день. Отдельные алтари храма датированы XVII веком — их перенесли сюда из стоявшей на этом же месте деревянной церкви. Причем костел формально был отремонтирован, а не построен заново, так как на белорусских землях из-за многочисленных восстаний было запрещено строить новые католические храмы. Установленный в костеле старинный орган находится в эксплуатации и считается одним из лучших во всей Витебской области.
Также в Волкалате есть еще одна небольшая достопримечательность — фрагменты усадьбы конца 19 века. Само имение не сохранилась, уцелели лишь несколько хозпостроек.
Волколата - обычное западнобелорусское местечко, где бок о бок с белорусами жили евреи, поляки, татары.
Довоенные волколатские фамилии: Аксельрод, Лазовик, Менкес, Ходос. Но в основном старожилы помнят своих соседей по именам, а кому какая фамилия принадлежала – затрудняются сказать.
Евреи селились в центре местечка. Одни семьи жили зажиточно, другие еле сводили концы с концами.
Биньямин, например, был зажиточным человеком. Его семья, как и его соседа Залмана, занималась выпечкой хлеба и булок. Обе семьи имели небольшие лавки, которые приносили постоянный доход. Старожилы помнят расторопную хозяйку-пекарку жену Залмана – Рейзл. Особенно славилась ее булка “ситница”, сероватого цвета с чуть кисловатым привкусом. Рецепт этой булки пекари держали в секрете. Эта семья еще торговала сельскохозяйственным инвентарем, кожей и пивом.
Семья старика Исраэля держала корчму, где всегда было свежее пиво и лимонад “Сеналька”. За прилавком мужу помогала жена Рыся.
Сын Исраэля – Элиягу, жил отдельно от отца со своей семьей и занимался более прибыльной торговлей, по доходам приравнивая себя к зажиточным Биньямину и Залману. Он торговал мануфактурой.
Менкес Шмая занимался перепродажей скота.
Берка держал магазинчик, где торговал мануфактурой, сельхозинвентарем и дешевой селедкой, которую быстро раскупали крестьяне. Семья жила зажиточно.
Гедалья занимался мелкой торговлей и ремеслом.
Пинхас – сын Залмана, женился на дочери Гедальи – Песи. Арендовал дом. Торговал.
Лозовик Давид занимался ремеслом и торговал красками для пряжи и ткани.
Хаим был ремесленником.
Хацкель – самый бедный еврей местечка. Занимался ремеслом и торговал сахарином. Детей было много (семь или восемь), и нужда была постоянной спутницей этого трудяги.
Так из одиннадцати семей сложилась маленькая еврейская община местечка Волколата.
Возле дома, где жила семья Гедальи, была молельня. Вел службы старик Исраэль. Его образ был очень колоритен, и он, более чем кто из евреев, запомнился старожилам местечка и соседних деревень. Дети-белорусы запомнили его молящимся в талите, в бархатной ярмолке, со спадающей на грудь широкой седой бородой.
В сентябре 1939 года Западная Беларусь вошла в состав СССР. Польская власть сменилась на советскую. Политические перемены почти не затронули волколатских евреев. Все шло, как и ранее. Лишь в 1940 году выехал куда-то с семьей Берка и умер старик Исраэль. Похоронили главу общины на еврейском кладбище в местечке Дуниловичи.
В июне 1941 года немецкие солдаты пришли в Волколату как-то незаметно. Большие дороги обходили местечко стороной, и очередное изменение власти прошло без сильных потрясений. Советские активисты подались на Восток, и жизнь людей затихла в предчувствии неведомого.
Немцы, по прибытии в местечко, назначили старосту и стали благоустраивать окрестности. Всю молодежь направили на ремонт дорог. Люди разных национальностей были собраны на работу, и ни у кого в тот момент не возникало мысли о надвигающейся трагедии.
Июль-сентябрь 1941 года прошли без кровавых акций по отношению к местному населению.
Поздней осенью из Дуниловичей в Волколату приехал небольшой отряд немцев и, построив все десять семей евреев в колонну, погнал в Дуниловичское гетто. Евреи заранее знали о переселении и за несколько дней до отправки раздали часть имущества соседям, надеясь все же вернуться….
Во время ликвидации гетто в Дуниловичах трем дочерям Исраэля удалось бежать. Они поздно вечером пришли в дом Зофира Станиславовича Буялича в деревню Виржи, в трех километрах от Волколаты, и попросили о помощи. Хозяин пожалел беглянок и решил помочь. Хотя знал, чем грозит укрывательство евреев ему, его жене и трем дочерям.
Пару дней Буялич прятал Меру, Сару (Розу) и Дину на печи, а после ночью перевел в баню, которую через день протапливал. В бане девушки прожили около трех недель, но там прятаться стало опасно, соседи интересовались, почему стали так часто топить баню. Зофир Станиславович решил пойти к своему односельчанину старику Антонию Любецкому, чтобы посоветоваться, что делать дальше с Исраэлевыми дочками. Старик решил взять девушек к себе, так как жил он на краю деревни с внучкой Юзефой и к ним мало кто из соседей заходил. Ночью Буялич перевел беглянок к Любецким, где они прожили около месяца. Потом их переправили к партизанам в Мядельский район.
Как это было, рассказала виржевский краевед Галина Глушкевич (Буялич), записавшая воспоминания сестёр Ирины и Анели, в свою очередь рассказанную их отцом Зофирином (Зофиром по-деревенски).
- Среди волколатских евреев, - запомнился одинокий старик Израель, - пишет Галя, воспитывавший троих дочерей, да сын Эльяха, живший своей семьёй обособленно. Вначале войны в Волколата нагрянул немецкий карательный отряд, и всех евреев отконвоировал в местечко Дуниловичи, в центре которого было организовано гетто.
- Гетто охватывало территорию, примерно, радиусом с километр, - рассказал мне лет десять назад двоюродный брат Володя Мычко, житель Дунилович, в войну малыш, - территория была ограждена колючей проволокой, с вооружённой охраной по периметру.
Евреям разрешалось жить на ближайших улицах, от костёла и до озера. Жуткие условия – голод, частые расправы, безысходность. Во время дождей и холодов все люди скапливались в храме, за стылыми стенами которого было едва ли теплее, чем на улице.
- Однажды, когда уже установился лёд на соседнем озере, - вспоминает Владимир, - немцы согнали туда несколько сотен евреев, и расстреляли. До сих пор не могу забыть красный лёд от людской крови…
- Володя, спрашиваю брата, а что это за кладбище за Дуниловичами, в направлении на Поставы?
- Там фашисты так же расстреливали евреев, между двумя холмами, в низине, - заключает брат, - сейчас там установлен памятник жертвам геноцида.
В тот день мы побывали в том страшном месте, где и были казнены мои земляки – евреи деревни Волколата. Но… не все.
- Трое пленниц, возможно, дочери Израеля, - вспоминает рассказ отца Галина Глушкевич, - убежали из-под охраны, скорее всего, по дороге, когда их гнали в Дуниловичи.
Отец рассказывал, что однажды ночью в окно постучали, и когда он открыл двери, увидел незнакомую девушку, а невдалеке смутно виднелись ещё две женские фигуры. По её расширенным глазам и волнению он догадался, - людям нужна помощь. В тоже время он понимал, что помогая еврейкам, рискует попасть и под расстрел. И всё же, увидев жалобный взгляд и страх в глазах беглянок, понял, - не может отказать им в убежище…
Несколько дней прятались девушки на печи, но спаситель понимал, что в любую минуту в гости может пожаловать служивший на немцев деревенский староста, и в одну из ночей беглянки переместились в баню, стоящую в отдалении от деревни. Туда носил Зофирин им пищу, с приходом холодов, частенько стал подтапливать её, чем вызвал подозрение у соседей, интересовавшихся, почему он так часто топит баню. И отправился за советом к Антону Любецкому, надёжному и не болтливому старику, жившему на краю деревни вместе с внучкой Юзефой.
Вскоре, Сара (Роза), Мэри, Дина перебрались к Любецким, а оттуда к партизанам в мядельские леса…
PS
После смерти Сталина, в 50-е годы из США Зофирину пришло письмо от одной из спасённых. Дама интересовалась судьбой своего покровителя. Но ответа из Виржей она не дождалась – в народе долго ещё жил страх наказания за общения с капиталистами. И письмо сожгли, не записав адреса.
